Автор:
.
Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую.
От Иоанна 4:10
Измождённый дорогой странник остановился отдохнуть у небольшого колодца под палящими лучами заходящего солнца. С западной стороны возвышалась гора Гаризим, довлея над землёй самарян, на чьей территории Он сейчас и находился. А с восточной стороны под ещё более высокой горой Эбал расположилась крошечная деревня Сихар. Эти две горы окаймляли долину, переходящую в необозримую равнину, покрытую плодородными пшеничными полями, с южной стороны от которых Он сейчас и сидел.
Несмотря на усталость после долгого пути из Иудеи, находящейся теперь с южной стороны, странник внимательно всматривался в даль в северном направлении как будто в предвкушении увидеть там кого-то или что-то.
Его тщательный поиск не остался безрезультатным – вдали появился силуэт женщины, приближающейся к колодцу с надёжно размещённым на голове кувшином. Он следил за ней взглядом, пока она подходила, и тень сожаления промелькнула на Его мокром от пота лице.
И вот она уже подошла и стояла перед Ним. Чего она не ожидала, так это того, что Он с ней заговорит. «Дай Мне пить», – сказал Иисус (От Иоанна 4:7).
«Как ты, будучи иудеем, просишь пить у меня, самарянки?» – сказала в ответ женщина (От Иоанна 4:9).
Её вопрос был вполне обоснован, ведь она отлично знала, с каким презрением еврейские мужчины обычно относились к женщинам из Самарии. Его внешность и галилейский акцент не оставляли у неё сомнений в том, что перед ней стоял еврей. Как же Он мог осмелиться на такую просьбу? Будь Он сознательным мужчиной Своего народа, Он бы и не подумал пить из одного сосуда с этой женщиной.
Но в данный момент её вопрос о социальной стороне их диалога не имел никакого значения. Она затронула внешнюю сторону ситуации, в то время как Стоящего перед ней волновали более глубокие и сокровенные вопросы. Он отреагировал на её вопрос без промедления.
Он продолжил: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую» (От Иоанна 4:10).
Женщина не могла понять, о чём Он говорит. С чего бы это ей просить у Него воды? Ведь у неё был свой кувшин, и сама она ежедневно приходила к этому колодцу. Она обходилась без чужой помощи до этого, и не считала, что нуждается в ней сейчас. Более того, что общего у какого-то дара от Бога с тем, о чем они сейчас говорят? Чем бы ни был этот дар, он не имеет никакого отношения к тому, что сейчас ей нужно наполнить кувшин водой.
Конечно, женщина не поняла Его. Его слова «живая вода» могли подразумевать и проточную воду, как например та, что наполняла глубокий колодец, на котором Иисус сидел.
«Господин, – ответила она с насмешкой, – тебе и почерпнуть нечем, а колодец глубок; откуда же у тебя вода живая? Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его?» (От Иоанна 4:11-12).
Было трудно не заметить нотки сарказма в её голосе. Выкопать колодец с постоянным сильным потоком воды в безводных восточных землях было действительно немалым достижением. Колодец Иакова обладал обоими этими свойствами, ведь его воды хватило не только для большого семейства Иакова с его многочисленным скотом, но и для современных жителей той местности. Потому-то женщина и пришла туда. «Он дал нам этот колодец», – сказала она. «По силам ли Тебе дать нам что-то большее?»
Конечно, Ему это было по силам. Но сейчас важно было обсудить другой вопрос. Уже в Его следующих словах она узнает о Его божественной сущности, после чего сравнение Иакова с Ним станет таким же неуместным, как сравнение свечи с солнцем. Но сперва она должна познать дар Божий. Этот колодец был даром от Иакова. Божий же дар совсем иного характера, и эту тему важно не откладывать на потом.
«Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять», – ответил Спаситель, полностью проигнорировав упоминание Иакова. «А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (От Иоанна 4:13-14).
Насколько ошеломляющее предложение. Никакая вода – то ли из этого колодца, то ли из любого другого на этой земле – не способна дать такой результат. Более того, мир ещё не смог предложить жаждущему человеку напиток, способный навсегда утолить жажду. И если физическая вода лишь на короткое время утоляет физическую жажду человека, то насколько же короче удовлетворение от мирских источников, у которых люди пытаются утолить жажду своих сердец?
Любовь, успех, достаток, слава – это лишь некоторые из многочисленных источников, к которым люди склонялись испить, но, отходя, понимали, что не получили длительного внутреннего удовлетворения. Фраза «всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять» говорит о всевозможных попытках людей обрести истинное удовлетворение.
Но Его вода была другой. Его вода могла совершать чудеса. Выпивший её сможет позабыть о жажде не только в этой жизни, но и в вечности. «А кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек» (Иоанна 4:14). Его вода удовлетворяет нужду, которая по своей природе не может появиться опять. Благодаря способности утолять жажду навсегда, ценность этой воды превосходит ценность любого земного напитка так же, как ценность слитка чистого золота превосходит ценность песчинки.
Откуда же у этой воды такая способность? Ответ оказался одновременно простым и таинственным. Когда кто-то вкушал эту воду, она превращалась внутри него в кое-что другое. «Вода, которую Я дам ему, сделается в нём источником воды, текущей в жизнь вечную» (Иоанна 4:14). Этот напиток был настолько жизненно важным и настолько преображающим, что в самой внутренности пьющего открывался не иссякающий источник жизни. Этот скрытый внутренний источник не мог пересохнуть, его воды не останавливались, они фактически били фонтаном и производили ни с чем не сравнимую вечную жизнь. Поэтому не могло быть и мысли о том, что эту воду придётся пить повторно. Несмотря на большую глубину колодца Иакова и его постоянный поток вод на протяжении многих веков, пьющий воду из него будет вынужден возвращаться к нему вновь и вновь. Ведь источник Иакова был в земле, он был чем-то внешним для того, кто его искал.
А источник Спасителя был внутри человеческого сердца, постоянно утоляя жажду испившего из него лишь раз.
«Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь?» (Иоанна 4:12). Он просто обязан был кем-то большим. Человеку по силам выкопать колодец в земле, но лишь только Бог мог выкопать колодец в человеческом сердце. Но женщина опять не уловила Его главной мысли. «Господин! – ответила она, – Дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать» (Иоанна 4:15).
Это было не только просьбой, но и вызовом с её стороны. Проверить это фантастическое предложение не составляло никакого труда. Пускай Он даст ей эту воду! Это быстро проявит правдивость Его заявлений о непрекращающейся силе Его воды. Как-никак, было бы и правда неплохо навсегда вычеркнуть поход к этому колодцу из ежедневного расписания. Это бы хоть немного облегчило её жизнь.
Но Иисус предлагал не это. Он пришёл на землю и разговаривал с ней сейчас не для того, чтобы избавить её от временных физических нужд. Он не сказал, что ей больше не нужно будет приходить к этому колодцу за водой. Его предложение касалось её вечной духовной нужды. Она не могла правильно сформулировать свою просьбу, потому что мыслила иными понятиями. Пришло время немного сменить направление их беседы.
«Пойди, позови мужа твоего и приди сюда» (Иоанна 4:16), – сказал Иисус. На мгновение наступила неловкая тишина. «У меня нет мужа», – бросила в ответ она.
«Правду ты сказала, что у тебя нет мужа» (Иоанна 4:17), – спокойно продолжил Иисус.
«Ибо у тебя было пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе; это справедливо ты сказала» (Иоанна 4:18).
Довольно неожиданный поворот. Не говоря уже о том, насколько нежеланный. Откуда Он все это знал?
Она видит Его впервые в жизни. Ей было одновременно любопытно и некомфортно. Как продолжить разговор так, чтобы избежать чувствительных и болезненных для неё вопросов? И тут у неё появилась идея.
«Господи! Вижу, что Ты пророк. Отцы наши поклонялись на этой горе, – сказала она, кивнув в сторону горы Гаризим позади Него, – а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме» (От Иоанна 4:19-20).
Как же ловко она сменила тему! И если бы перед ней был обычный еврей, то она услышала бы лишь стандартный еврейский ответ, возможно, даже целую религиозную тираду – ведь она хорошо знала, насколько спорной была эта тема. Но что-то ей уже подсказывало, что Его ответ на этот вопрос может застать её врасплох точно так же, как и Его предыдущий комментарий о её жизни. Перед ней стоял далеко не обычный человек. Может быть, и на этот вопрос она услышит поразительно мудрый ответ? Он оправдал её ожидания. Ответ Спасителя на её вопрос о поклонении превзошёл все существовавшие на тот момент умозаключения на эту тему. И с того времени стало невозможным разумно мыслящему человеку обдумывать эту тему без учёта этих бесценных слов. Они стали исчерпывающим и неподвластным времени высказыванием о поклонении.
«Женщина, – сказал Иисус, – поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, – Он тоже кивнул в сторону горы Гаризим, – и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев.» (От Иоанна 4:21-22). Женщина не могла перестать думать об этом совершенно новом подходе к поклонению. Неужели перед ней стоял еврей готовый отбросить Иерусалим вместе с горой Гаризим. Такого она ещё не видела. При этом Он все же настаивал на еврейском происхождении спасения, что не было чем-то новым. Тем не менее она была заинтригована.
Иисус продолжил. «Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (От Иоанна 4:23). Она поняла, о чём Он говорит. Этот человек говорит ей, что Бога не устраивает поклонение ни на горе Гаризим, ни в Иерусалиме. Он ищет настоящих поклонников, а не тех, которые лицемерно скрывают гордость и жадность своих сердец под покровом набожных молитв и избитых религиозных фраз. Она хорошо знала, что таких поклонников было предостаточно у горы Гаризим, а в Иерусалиме – должно быть даже больше. По крайней мере, она бы с лёгкостью поверила, что там их было больше.
«Бог есть дух, – продолжил Свой ответ Спаситель, – и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (От Иоанна 4:24). На этом Он остановился, повергнув её в замешательство. Она выглядела так, как будто ей открылась совсем новая сторона истины, лишь отдельные части которой она пока могла постичь. При этом Его слова были полны очевидной истины. Бог, которого она знала, действительно был духовным существом. Как же тогда в глазах этого существа материальная гора Гаризим или изукрашенный храм в Иерусалиме могли иметь реальное долговечное значение? Не в сердце ли человека на самом деле заинтересован Бог? Не истину ли Он хочет видеть внутри человека? Не с духом ли человека, которого Он сам и сотворил, Он стремиться иметь общение? И не очевидно ли, что если Ему и нужно поклонение, то оно должно происходить «в духе и истине»?
Да, это было очевидно. Как и кое-что другое. Этот похожий на пророка человек знал много (даже слишком много) о её пяти не сложившихся браках, и о том, что сейчас она живёт в блуде, но говорил Он с ней о поклонении так, как будто оно было доступно как ей, так и остальным самарянам.
«Наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу» (От Иоанна 4:21), – сказал Он. Это время на самом деле уже настало, и Он это подтвердил. Не может ли Он Сам быть тем самым посланником Бога Отца, о котором Он говорил, чьей миссией будет искать поклонников этому Богу? И не может ли… от самой этой мысли у неё замерло сердце… она быть одной из тех, кого Он ищет?
Но как ей приблизиться к этому бесконечному и вечному Духу, который ищет её поклонения? Казалось, что её собственный дух неисправно испачкан низким образом жизни и безнадёжно иссушен пустотой выживания на фоне краха одного брака за другим. Ни в своём сердце, ни в своей жизни она не видела никакой реальной точки соприкосновения с живым Богом.
И тут она вспомнила. Вода. Изначально она подумала, что Он говорил о проточной воде, но то слово, которое Он использовал, могло означать и живую воду. Живая вода. Вода, которая льётся потоком к вечной жизни. Жизнь, непрестанно производящая жизнь, означает, что один глоток сможет утолить её жажду по такой жизни раз и навсегда; наладить живую связь с Богом; смыть бесплодие её сердца и дать ей способность поклоняться. Все эти мысли одновременно нахлынули на неё. У нее не получалось пока расставить все по своим местам, но теперь у неё был вопрос, который она просто не могла не задать.
«Спасение от Иудеев» (От Иоанна 4:22), – сказал Он. А Он еврей. Он также предложил ей жизнь, вечную жизнь, ей только стоило попросить. Может быть Он?.. Неужели Он?.. «Знаю, – ответила женщина, – что придёт Мессия». Этими словами она не просто констатировала факт – она задавала вопрос, хотя и не напрямую. «Когда Он придёт, то возвестит нам все» (От Иоанна 4:25). И сможет ли Он сказать им о поклонении больше того, что сказал ей этот человек?
Она была готова услышать ответ, и Спаситель произнёс его с кульминационной лаконичностью. «Это – Я, который говорю с тобою» (От Иоанна 4:26).
После этого наступила тишина. Подобно солнцу, пробивающемуся сквозь облака, свет истины залил её душу. Она отвернулась от Него, оставив на земле кувшин, который она пришла наполнить водой, а в её сердце, которое она не планировала ничем наполнять, забили источники живой воды. Она просто обязана рассказать другим жителям деревни о Том, Кто здесь, пока Он не ушёл, продолжая Свой путь. Она должна вернуться в деревню. И она быстро поспешила назад тем же путём, которым пришла, и Сын Божий, все ещё сидя на колодце, провёл её взглядом.
«Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую». Придя несведущей, она ушла просвещённой. Придя пустой, она ушла исполненной. Дар Божий? Теперь она познала его – вечную жизнь, неутомимо бурлящую в её сердце. Теперь она познала Его, Христа, Спасителя всего мира.
Теперь она знала и дар, и Его. Это было все, что ей нужно было знать, и Спаситель искусно её к этому подвёл. А затем произошла своего рода сделка. Без единого слова и без единой молитвы её сердце попросило – и Он дал.
The following two tabs change content below.
Зэйн Ходжес
Зейн Ходжес (1932–2008) на протяжении 27-ми лет преподавал курс «Греческий язык и экзегетика Нового Завета» в Даллаской богословской семинарии и основал служение Kerugma Ministries. За свою жизнь он написал 14 книг, включая собрание греческого текста Нового Завета «The Greek New Testament According to the Majority Text», и несколько его книг были напечатаны посмертно. Этим он зарабатывал себе на жизнь, а служил он пастором в церкви Victor Street Bible Chapel в неблагополучным районе центральной части Далласа.
Latest posts by (see all)
- Познать Божий дар - 23/04/2017
